отношении, советской, Вьетнаму, революция, Советский

Системное начало и полярность в международных отношениях XX века. Часть 5

Категория: Товары и услуги

Результирующей этих разрозненных усилий было общее советско-американское взаимопонимание в том, что касалось отсутствия у обеих сторон агрессивных намерений, по крайней

мер Москвы против диссидентов и ее неуступчивости в вопросе увеличения еврейской эмиграции эти тенденции неизбежно приобрели антисоветскую направленность. Попытки

мере, в отношении друг друга. К прочим это прямо не относилось. Но желание Москвы и Вашингтона уклониться от лобового столкновения само по себе оказывало сдерживающее

администрации сначала Дж.Форда (1974-1977), а затем Дж.Картера (1977-1981) умерить натиск правозащитников успеха не имели. В последнем случае против компромисса с Москвой

влияние на их политику в третьих странах, ужимая рамки международной конфликтности, хотя, конечно, не блокируя ее рост полностью. Во всяком случае, не без учета реакции

активно выступал и помощник президента по национальной безопасности З.Бжезинский, в котором даже в пору пребывания на официальном посту уязвленное национальное чувство

Вашингтона складывалась позиция Москвы в советско-китайском противостоянии летом-осенью 1969 г., пиком которого стали упорные сообщения на Западе, не опровергавшиеся в

потомка польских эмигрантов бросало тень на профессиональную безупречность "эксперта по коммунизму". События, словно нарочно, благоприятствовали обостренному

СССР, о возможности превентивных ударов советской авиации с аэродромов на территории МНР по ядерным объектам в КНР. Очередной кризис был предотвращен не только благодаря

восприятию Америкой советской политики. После Парижских соглашений по Вьетнаму (1973 г.) США резко сократили численность армии и отменили введенную было на время войны

гибкости советской дипломатии, но и под влиянием США, которые без экзальтации, но твердо заявили о неприемлемости непредсказуемого разрастания советско-китайского

всеобщую воинскую обязанность. Общий настрой в Вашингтоне был против любых вмешательств в "третьем мире". В фокусе общественного мнения США оказались рецепты

конфликта. Такова, между прочим, одна из до сих пор опускаемых в российских исследованиях глобально-стратегических предпосылок "внезапной"

лечения внутренних недугов американского общества. В Москве сосредоточенность США на себе заметили и сделали выводы. Было решено, что разрядка создала благоприятные

китайско-американской нормализации 1972 г., а в более широком смысле и разрядки на всем ее азиатском фланге. При том, что в США ослабление напряженности в 70-х годах

условия для развертывания идеологического наступления и оказания помощи единомышленникам. В 1974 г. военные свергли монархию в Эфиопии. Победившая в том же году

вообще воспринимается прежде всего через призму прекращения вьетнамской войны и установления новых отношений с Китаем, тогда как в России - в основном фокусируясь на

"революция гвоздик" в Лиссабоне вызвала распад португальской колониальной империи и образование в 1975 г. в Анголе и Мозамбике очередных

признании нерушимости послевоенных границ в Европе. К середине 70-х годов из десятилетия "эры переговоров" обе сверхдержавы сделали весьма существенный вывод:

авторитарно-националистических режимов, не мудрствуя, провозгласивших прокоммунистическую ориентацию. СССР не преодолел соблазн и устремился в открывшиеся бреши,

нет угрозы попыток резкого, силового слома базисных соотношений их позиций. По сути дела, было достигнуто взаимное согласие на "консервацию застоя", сама идея

"на полкорпуса" опережаемый Кубой. Но и это было не все. В 1975 г. слабый и непопулярный южновьетнамский режим в Сайгоне рухнул под натиском коммунистов, и

которого так хорошо укладывалась во внутриполитическую ситуацию терявшего динамику Советского Союза под руководством его дряхлевшего вождя. Это, конечно, не исключало

Вьетнам объединился под руководством Севера на базе верности социалистическому выбору. В том же году при самом деятельном участии "народно-революционного"

обоюдного стремления добиться преобладания постепенно. Компромисс в "консервации застоя" не мог быть особенно прочным уже потому, что лежавшая в его основе

фактора произошла смена режимов в Лаосе и Камбодже. Правда, в последнем случае преобладающим оказалось влияние не Вьетнама или СССР, а Китая. Но как бы то ни было, и

идея разведения интересов СССР и США, предполагавшая большую или меньшую устойчивость "зон преимущественных интересов", противоречила логике развития. После

Камбоджа, и Лаос провозгласили верность социалистической перспективе. Та недвусмысленная роль, на которую стал претендовать Вьетнам в Индокитае, могла давать основания

зафиксированного в 1975 г. в Хельсинки общеевропейского урегулирования на первый план в международных отношениях выступили вызовы, связанные с непредсказуемым

обвинять СССР в распространении коммунистической экспансии и экспорте революции. События не позволяли огню подозрительности затухнуть хотя бы ненадолго. В 1978 г.

пробуждением развивающегося мира. Чем импульсивнее были возникавшие там сдвиги, тем теснее казались рамки советско-американского взаимопонимания. Тем более что и главный,

происками неких "прогрессивных" сил была свергнута вполне дружественная по отношению к СССР монархия в Афганистане, что оказалось прологом к будущей

и подразумевавшийся смысл этого взаимопонимания интерпретировался и на Востоке, и на Западе по-разному. В СССР - ограничительно. Сохранение "базисных"

десятилетней трагедии. А летом 1979 г. коммунисты вооруженным путем взяли власть в Никарагуа. К этому времени в СССР военные уже добились принятия новой военно-морской

соотношений считалось совместимым с расширением позиций на региональной периферии, особенно нейтральной, не входящей в зону традиционного американского преобладания. Не

программы. Отдаленная мировая периферия заняла умы советских политиков - плотнее, чем это могло быть оправдано реальными геополитическими интересами страны. На

случайно в середине 70-х годов наблюдалось усиление интереса советских идеологов к вопросам пролетарского, социалистического интернационализма и мирного сосуществования,

преобладание их расширительных интерпретаций существенно повлияли устремления военно-промышленного комплекса, возможности которого в начале 70-х годов сделали экспорт

которое по-прежнему сочеталось с тезисом об обострении идеологической борьбы. От солидарности с единомышленниками в "третьем мире" (реальными или

вооружений в государства-партнеры мощным политико-формирующим фактором. США не оставались, конечно, безучастными. Правда, они по-прежнему не помышляли о столкновении с

предполагаемыми) отказываться никто не собирался. Со своей стороны, США дорожили согласием с СССР во многом из-за полученных от него, как казалось администрации,

СССР. Американская политология предложила вариант "асимметричного" сдерживания советского продвижения. Были приняты меры к усилению косвенного давления на

обязательств его сдержанности и в отношении "неразделенных территорий", то есть стран, не успевших себя связать проамериканской или просоветской ориентацией.

Советский Союз со стороны его протяженных и уязвимых восточноазиатских границ. Развивая успех американо-китайской нормализации, администрация Дж.Картера стала работать

Дело осложнялось идеологической ситуацией в США, где после окончания вьетнамской войны и на волне доставшегося от нее синдрома происходил мощный всплеск политического

над закреплением Китая на позиции противостояния СССР, поддерживая стабильно высокий уровень их взаимной враждебности. Одновременно американская дипломатия помогала

морализма с характерным для него болезненным вниманием к этической базе американской внешней политики и защите прав человека во всем мире. На фоне жестких

"укреплять тылы" КНР, содействуя улучшению китайско-японских отношений, которые развивались круто по восходящей с быстрым охлаждением связей Японии с

Советским Союзом.

Читать далее »

« Назад

Ссылки на статьи